Главная  Контакты  
Table of contents
Оглавление
Предисловие
Глава I. Общий очерк воззрений на человеческую природу
Глава II. Гармонии и дисгармонии низших существ
Глава III. Гипотеза о происхождении человека от обезьяны
Глава IV. Дисгармонии в устройстве пищеварительных органов человека
Глава V. Дисгармонии в устройстве и в отправлениях органов воспроизведения
Глава V.2. Дисгармонии в устройстве и в отправлениях органов воспроизведения
Глава VI. Дисгармонии в инстинкте самосохранения
Глава VII. Попытки религии в борьбе с дисгармониями человеческой природы
Глава VII.2. Попытки религии в борьбе с дисгармониями человеческой природы
Глава VIII. Попытки философских систем бороться с дисгармониями человеческой природы
Глава VIII.2. Попытки философских систем бороться с дисгармониями человеческой природы
Глава IX. Чего может достигнуть наука в борьбе с болезнями
Глава IX.2. Чего может достигнуть наука в борьбе с болезнями
Глава X. Введение в научное изучение старости
Глава X.2. Введение в научное изучение старости
Глава XI. Введение в научное изучение смерти
Глава XII. Общий обзор и выводы
Творческий путь
Творческий путь, 2
Творческий путь, 3
Творческий путь, 4
Творческий путь, 5

Додэ говорит, что для него это навязчивая идея, отрава жизни, и что он никогда не переходил на новую квартиру без того, чтобы глаза его не поискали места и вида собственного гроба. 

Золя рассказывает, что "когда мать его умерла в Медане, лестница оказалась слишком узкой, и гроб пришлось спустить через окно. Взгляд его никогда не падает на это окно без того, что он не спросил себя, кто первый спустится через него: он или жена?.. Да, с этого дня смерть всегда в глубине наших мыслей и часто... ночью, глядя на мою жену, которая не спит, я чувствую, что она думает о ней, как и я, и мы остаемся так, никогда не намекая на то, о чем думаем оба... из чувства стыда, да, известного рода стыда. О! эта мысль ужасна и страх следует за ней. Бывают ночи, когда я неожиданно вскакиваю с постели и стою одно мгновение в состоянии несказанного ужаса". 

Эд. Гонкур поверял Жану Фино, "что жизнь его была бы облегчена от тяжелой ноши, если бы ему удалось изгнать из своего сознания мысль о смерти". Последний прибавляет, что "в достопамятном собрании у Виктора Гюго почти все знаменитые гости на вопрос о их взгляде на смерть откровенно сознавались, что она постоянно вызывает в них страх и грусть". 

Из всех современных писателей, бесспорно, всего более занимался задачей о смерти Лев Толстой. Во многих из своих сочинений он посвятил ей незабвенные страницы, но из всего известного мне самая поразительная и глубокая картина находится в его "Исповеди". 

Читатель будет мне благодарен за приведение главных мест, касающихся этого вопроса. Пусть он вспомнит сначала приведенный выше рассказ об осаде Севастополя. Все перед опасностью ощущали страх смерти, но чувство это, особенно у 26-летнего молодого человека, не овладевало всем его существом. 

Только незадолго до 50 лет представился Толстому вопрос смерти во всей его остроте. Вот как описывает он начало кризиса: "На меня стали находить минуты недоумения, остановки жизни, как будто я не знал, как мне жить, что мне делать, и я терялся и впадал в уныние. Но это проходило, и я продолжал жить по-прежнему. Потом эти минуты недоумения стали повторяться чаще и чаще и все в той же самой форме. Эти 

1Гонкур. Дневник, VI, 1878-1884, 1892, стр. 186. 

112 

остановки жизни выражались всегда одинаковыми вопросами: зачем? ну, а потом?" (стр. 17). 

В течение некоторого времени Толстой не отдавал себе хорошенько отчета о своем состоянии, но мало-помалу стал углубляться в его анализ и пришел к следующему выводу: "Истина была то, что жизнь есть бессмыслица. Я будто жил-жил, шел-шел и пришел к пропасти, а впереди меня ничего не было, кроме исчезновения. И остановиться нельзя, и назад нельзя, и закрыть глаза нельзя, чтобы не видеть, что ничего нет впереди, кроме страданий и настоящей смерти - полного уничтожения" (стр. 20). 

"И в таком положении я пришел к тому, что не мог жить и, боясь смерти, должен был употреблять хитрости против себя, чтобы не лишить себя жизни" (стр. 21). "Я не мог придатьразумного смысла ни одному поступку во всей моей жизни, Меня только удивляло то, как мог я не понимать этого в самом начале. Все это так давно всем известно. Не нынче- завтра придут болезни, смерть (и приходили уже) на любимых людей, на меня, и ничего не останется, кроме смрада и червей. Дела мои, какие бы они ни были, все забудутся раньше, позднее, да меня-то не будет. Так из чего же хлопотать? Как может человек не видеть этого и жить - вот что удивительно. Можно жить, покуда пьян жизнью, а как протрезвился, то нельзя не видеть, что все это только обман и глупый обман! Верно только то, что в этом даже нет ничего смешного и остроумного, а все это просто - жестоко и глупо" (стр. 22). 


Страница 6 из 13:  Назад   1   2   3   4   5  [6]  7   8   9   10   11   12   13   Вперед